Особенности патологоанатомической диагностики туберкулеза на современном этапе борьбы с особо опасными болезнями КРС

Автор:
Али Найманов
Рубрика:
Эпизоотические особенности туберкулеза

Али Хусинович Найманов, д.в.н., профессор, заведующий лабораторией микобактериозов 
Нина Гавриловна Толстенко, к.в.н., ведущий научный сотрудник 
Елена Петровна Вангели, к.б.н., ведущий научный сотрудник
Михаил Иванович Гулюкин, д.в.н., профессор, академик РАН, директор ФГБНУ «Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной ветеринарии им. Я.Р.Коваленко»
Наталия Константиновна Букова, д.б.н., профессор, ученый секретарь, ФГБУ «Всероссийский государственный Центр качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов»



При диагностике туберкулеза крупного рогатого скота основой профилактических и оздоровительных мероприятий является своевременная и точная диагностика. Основным методом прижизненной диагностики была и остается внутрикожная проба с ППД-туберкулином для млекопитающих. Тем не менее, результаты аллергических исследований считаются ориентировочными. Решающим в диагностике является патологоанатомическое или лабораторное подтверждение туберкулеза у реагирующих на туберкулин убитых животных.

Так, в санитарных и ветеринарных правилах от 1996 г. указано: «При обнаружении хотя бы у одного из убитых животных типичных для туберкулеза патологоанатомических изменений, диагноз считают установленным. Если у убитых животных свойственные туберкулезу изменения не обнаружены, берут материал для бактериологического исследования с постановкой биопробы. При выделении из материала от убитых животных микобактерий туберкулеза бычьего или человеческого видов, или при положительной биопробе диагноз считается установленным. 
- в благополучных хозяйствах реагирующих на туберкулин животных считают подозреваемыми в заражении возбудителем туберкулеза
- в неблагополучных хозяйствах всех реагирующих животных считают больными». 

Поэтому, в связи с актуальностью проблемы и решающего значения патологоанатомических исследований, необходимо указать, что в последние годы накопилось достаточно много фактов и сообщений об ошибочном установлении диагноза на туберкулез. Возможно, что все эти случаи связаны с разнообразным проявлением туберкулеза, обусловленных сменой фаз обострения или затухания воспалительного процесса развития патологоанатомических изменений и волнообразным течением эпизоотологического процесса туберкулеза. Так, В.П.Шишков и соавт. (1991) сообщали, что характерные особенности патогенеза и патологической морфологии туберкулеза определяются древностью этой инфекции, хроническим течением и волнообразным проявлением клинико-анатомических форм.

Тем не менее, необходимо учитывать и так называемый «человеческий фактор». Мы считаем, что участившиеся факты неправильной или несвоевременной постановки диагноза на туберкулез в основном зависят от профессиональной подготовки и опыта работы ветеринарных специалистов, проводящих те или иные исследования.

Так, В.Е.Щуревский и соавт. (1986) указывали: «Казалось бы странным ставить под сомнение установившийся взгляд на сравнительную простоту патоморфологической диагностики туберкулеза, но для точного определения специфичности небольшой гранулемы, даже с наличием некроза, необходим большой опыт. К сожалению, подготовленные патоморфологи имеются только в областных, краевых и республиканских лабораториях, а контрольный убой реагирующих на туберкулин животных происходит повседневно. Поэтому нередки категоричные заключения о наличии туберкулеза там, где его нет. Например, обнаружение так называемых туберкулезных изменений в надвымянном лимфатическом узле при их отсутствии в органах и других лимфатических узлах. Или обнаружение туберкулезных каверн в легких при отсутствии узелковых поражений в тканях и лимфатических узлах легких. Еще больше ошибок при гистологической диагностике, когда в одном лимфатическом узле, чаще в предлопаточном, обнаруживают единичные гигантские клетки и ставят диагноз – туберкулез, хотя отмеченные изменения в предлопаточных лимфатических узлах можно обнаружить и у животных из благополучных по туберкулезу хозяйств (после введения вакцин в области шеи и подгрудка)». Обычно такие заключения, не согласующиеся с отрицательными результатами бактериологического и биологического исследований на туберкулез, ставят в тупик ветеринарных специалистов. Поэтому при диагностике туберкулеза необходимы комплексные исследования. При этом требуется оформление единой экспертизы с учетом результатов бактериологического и биологического исследований.

А.Х. Найманов и соавт., (2008) сообщают о возможных ошибках при установлении диагноза на туберкулез:

- Когда при патологоанатомическом осмотре убитых животных любую гранулему, или кровоизлияние в лимфатическом узле, или небольшой очаг в легких или печени считают началом туберкулезного процесса и ставят диагноз – туберкулез.

- Когда при патологоанатомическом исследовании зараженной суспензией патматериала или культурой микобактерий морской свинки во внутренних органах находят небольшой очажок неизвестного происхождения, и на этом основании ставят диагноз – туберкулез.

- Случаи запоздалого диагноза, когда даже при обнаружении характерных для туберкулеза патологоанатомических изменений у реагирующих животных годами продолжают проводить диагностические исследования с целью «уточнения» диагноза, что в итоге приводит к широкому распространению болезни и генерализации процесса туберкулеза. В конечном итоге, оздоровление таких стад проводят только методом сдачи на убой всего поголовья. 

Кроме того, в доступной литературе достаточно много сообщений о случаях выявления при патологоанатомическом осмотре подозреваемых в заболевании туберкулезом животных эхинококкозных, фасциолезных, актиномикозных и других поражений внутренних органов (В.П.Федюшин и соавт., 1952; К.Т.Стрельченок, 1953; Ф.Н.Бухтилов, 1953; З.З.Манукян, 1955; П.И.Кокуричев и соавт., 1957, 1973; М.М.Иванов, 1961; Н.А.Александров, 1969; А.Латышев, 1971; Д.Д.Новак и соавт. 1973, 1977; Г.А.Юдин, 1973; Б.Г.Мотаев, 1974; Б.А.Корж и соавт., 1976; Н.П.Овдиенко, 1990; А.А.Евглевский, 1992; А.С.Донченко и соавт., 2004; А.Х.Найманов и соавт., 2008; Р.А.Нуратинов, 2009; C.Vior et al., 1956; P.A.Wad, 1958; K.Röder, 1963; E.Hejj et al., 1968; I.Tammagi, 1973; A.Festi, 1976 и др.).

Причем, E.Hejj et al. (1968) считают, что роль фасциолы в усилении чувствительности к введению туберкулина заключается в том, что мигрирующие адолескарии, проникая во внутренние органы, повреждают ткани и органы и открывают путь для атипичных микобактерий, которые в дальнейшем могут размножаться и вызывать сенсибилизирующий эффект. Сами по себе белки фасциолы не играют роли в процессе сенсибилизации к туберкулину.

Следует отметить, что подобные для туберкулеза паразитарные узелки часто находят в печени, легких и брыжеечных лимфатических узлах кишечника. Считается, что эти туберкулезоподобные изменения образуются в результате гибели паразитов, личинок паразитов и их инкапсуляции. Поэтому при обнаружении подобных изменений необходимо проводить лабораторные исследования патматериала от подозреваемых в заболевании туберкулезом животных. Тем более, что даже явно паразитарные или микотические поражения могут быть осложнены наслоившейся туберкулезной инфекцией, подтверждение или отрицание которой возможно только при бактериологическом исследовании патматериала от убитых животных с обязательной постановкой биопробы на морских свинках.

Возможны и случаи ошибочного установления диагноза на туберкулез при проведении биологических исследований на морских свинках. Так, О.В. Якушева и соавт. (2004); Н.Г. Толстенко (2006); Э.Л. Колоскова (2007) указывают, что иногда возникают сложности в оценке биопробы, т.к. заражение лабораторных животных некоторыми видами атипичных микобактерий может привести к образованию мелких гранулем. Авторы указывают, что при заражении M.smegmatis, M.scrofulaceum и M.phlei у некоторых животных на 14-21 день после заражения развиваются подобные для туберкулеза изменения во внутренних органах, которые в дальнейшем, как правило, редуцируются. В случаях если подопытные животные по каким-либо причинам погибают ранее трех месяцев, то наличие гранулем и моноцитарно-клеточной пролиферации может быть засвидетельствовано как начало процесса туберкулеза.

Кроме того, следует указать, что при патологоанатомической диагностике туберкулеза крупного рогатого скота актуальным является вопрос, в каких условиях заражаются животные туберкулезом, когда возникают аллергические реакции и когда выявляются характерные для туберкулеза патологоанатомические изменения у зараженных особей.

Так, известно, что при введении здоровых животных в неблагополучное по туберкулезу стадо, завезенные особи быстро заболевают туберкулезом. Также известно, что у зараженных вначале проявляются аллергические реакции на внутрикожное введение туберкулина.

Аллергический ответ организма на заражение возникает по сообщениям многих авторов через 5-90 дней (Б.И.Обуховский, 1926; П.П.Вишнеский, 1935, 1937; В.С.Киселев, 1952; М.К.Юсковец, 1953; И.В.Поддубский, 1955, 1968; Н.В.Гогебашвили, 1975; Д.Д.Новак, 1977; В.Е.Щуревский, 1980; Н.П.Овдиенко, 1990; А.Х.Найманов, 1993 и др.).

Установлено, что аллергические реакции позволяют судить только об инфицированности организма животных разными видами микобактерий, но не указывают на степень, характер и давность туберкулезного процесса.

В доступной литературе мы не обнаружили сведений о начальной стадии выявления свойственных для туберкулеза патологоанатомических изменений у естественно зараженных данным заболеванием животных. Этот вопрос довольно противоречивый, так как начальная стадия проявление аллергических реакций и характерных патологоанатомических изменений зависит от вирулентности возбудителя, индивидуальных особенностей организма, многочисленных факторов внешней среды, условий кормления, содержания и т.д.

Тем не менее, ответы на указанные вопросы и особенно установление примерного времени, в течение которого могут развиться видимые характерные изменения у зараженных животных, являются актуальными при установлении диагноза, выяснении причины возникновения туберкулеза у завезенного поголовья КРС и при повторном возникновении этой болезни в ранее оздоровленных хозяйствах. 

Поэтому с учетом актуальности указанной проблемы в ВИЭВ были проведены исследования по уточнению времени, необходимого для проявления характерных для туберкулеза изменений при естественном и искусственном заражении крупного рогатого скота (Н.П.Овдиенко и соавт.,1988; А.Х.Найманов и соавт., 1991; А.Х.Найманов, 1993).

Так, в одно длительно неблагополучное по туберкулезу хозяйство с большим процентом зараженности (83,7%) скота было завезено 12 шестимесячных бычков из благополучного региона страны. Животные были поставлены на контакт по заражению среди больного поголовья КРС. Через четыре месяца при аллергических исследованиях из 12 бычков восемь (66,7%) реагировали на внутрикожное введение туберкулина увеличением кожной складки от 4 до 22 мм. Через пять месяцев реагировало уже девять (75,0%) животных, с реакцией от 4 до 10 мм. При диагностическом убое одного бычка, реагировавшего увеличением кожной складки на 6 мм, характерных для туберкулеза изменений не обнаружили, а лабораторные исследования биоматериала от особи дали отрицательный результат. Через восемь месяцев из 11 исследованных животных реагировало семь (63,6%) бычков с реакцией 3-18 мм. Через 10 месяцев реагировало шесть (54,6%) особей, с реакцией 4-20 мм. Через 12 месяцев реагировало семь (63,6%) животных, с реакцией 4-12 мм. Через год после постановки животных на контакт по естественному заражению все 11 бычков были убиты. При патологоанатомическом осмотре характерные для туберкулеза изменения были обнаружены у семи (63,7%) из них. Причем эти изменения были в виде мелких гранулем величиной с просяное зерно в заглоточных и средостенных лимфоузлах.

Признаки были охарактеризованы опытным патологоанатомом как «свежайшие туберкулезные изменения» в начальной стадии процесса развития болезни. Резюмируя наши исследования, можно утверждать, что при заражении здоровых животных в естественных условиях при контакте с больными, характерные для туберкулеза изменения проявляются не ранее, чем через год после заражения. 

При экспериментальном заражении на экспериментальную базу завезли 36 бычков 11-13-месячного возраста и заразили культурой M.bovis (шт. ЦВ-1) алиментарно в дозе 0,2 мг культуры на 1 кг живого веса, методом четырехкратного вливания культуры с водой через зонд, трехкратно, три дня подряд каждый день и четвертый раз – через 7 суток. Через 33 дня после заражения один бычок пал с диагнозом травматический ретикулоперитонит. При бактериологическом исследовании патматериала от этого животного была выделена исходная культура M.bovis. При первом аллергическом исследовании через 50 суток после заражения из 35 бычков реагировали 34 (97,1%) с интенсивностью аллергических реакций 10,9+ 1,2 мм. При дальнейших аллергических исследованиях количество реагирующих животных и интенсивность аллергических реакций снижалось. Через восемь месяцев после заражения реакции у большинства животных выпали. Реагировало семь бычков с минимальным увеличением толщины кожной складки на 3-4 мм.

Убой всех экспериментально зараженных животных провели через восемь месяцев после заражения. При патологоанатомическом осмотре убитых особей характерные для туберкулеза изменения не обнаружили ни в одном случае. Однако биопроба на морских свинках дала положительный результат в десяти случаях, а культуральным исследованием были выявлены исходные культуры M.bovis от 15 бычков. 

Проведенные нами исследования и полученные результаты показывают, что при естественном заражении характерные для туберкулеза изменения выявляются у большинства (63,7%) животных через год после постоянного контакта здоровых особей с больными. При экспериментальном, четырехкратном заражении здорового скота вирулентной культурой M.bovis характерные для туберкулеза изменения не были обнаружены ни в одном случае, хотя при бактериологическом исследовании патматериала от убитых животных были выделены исходные вирулентные культуры M.bovis.

В заключении публикации мы представляем, какие именно характерные для туберкулеза патологоанатомические изменения являются наиболее свойственными для развития болезнетворного процесса у крупного рогатого скота. 

Туберкулез получил свое название по морфологическому признаку – образованию бугорков (туберкулов). Поэтому ранее туберкулез называли бугорчаткой. Образование туберкулов, как правило, происходит в результате воспаления, развивающегося в каком-либо органе в месте внедрения и оседания микобактерий туберкулеза.

При заболевании крупного рогатого скота патологоанатомические изменения также характеризуются образованием в органах и тканях гранулем (туберкулов). Туберкулы округлой формы, светлые, с сероватым или желтоватым оттенком, плотные на ощупь, с творожистой массой в центре (казеозный некроз), окружены соединительной тканью.

Патологоанатомическому осмотру подвергают: заглоточные, подчелюстные, бронхиальные, средостенные, предлопаточные, брыжеечные, портальные и надвымянные лимфатические узлы, а также легкие, печень, селезенку, молочную железу, плевру, брюшину и кишечник. Для туберкулезной патологии наиболее характерна триада: поражение органа, регионарного лимфатического узла и лимфатического сосуда (О.В.Якушева и соавт., 2004).

Многочисленными исследованиями установлено, что туберкулезом могут поражаться любые органы и ткани (кроме роговой). Тем не менее, у крупного рогатого скота наиболее часто поражаются лимфатические узлы головы и легких, а из внутренних органов – легкие. 

При патологоанатомическом осмотре убитых с диагностической целью животных характерные для туберкулеза изменения обнаруживают чаще всего в средостенных и бронхиальных лимфоузлах легких и заглоточных лимфоузлах головы.

Как и любое воспаление, туберкулез начинается с острой реакции, не имеющей специфичности, и сочетает в себе: альтерацию – разрушение стенок кровеносных сосудов, распад ядер и клеточных элементов; экссудацию – выход форменных элементов крови за стенку сосудов; пролиферацию – размножение клеточных элементов (В.Е.Щуревский и соавт., 1986).

При туберкулезе лимфатических узлов пораженный узел, как правило, увеличен, плотный и бугристый при пальпации, на разрезе выявляются участки мозгового набухания, поверхность разреза выглядит влажной. Наряду с этими участками, обнаруживают очаги некроза, не всегда отчетливо выступающие, окрашенные в слегка желтоватый цвет, творожистой консистенции, плотно соединенные с окружающей тканью.

Размеры узелка (туберкула) бывают различными, от просяного зерна до обширных конгломератов. Туберкулезное воспаление в лимфатическом узле может оформиться лучистым казеозом. При этом лимфоузел увеличен в размере, окружен отечной рыхлой тканью, на разрезе представляет собой творожистый некроз с лучистым строением, соответствующим ходу синусов узла. Считается, что лучистый некроз – одна из тяжелых форм туберкулеза крупного рогатого скота.

Различают три формы туберкулезного лимфаденита: бугорковый, диффузный и смешанный. При бугорковой форме некрозы находят в корковом слое лимфоузлов. Среди хорошо видимых некрозов выявляют мелкие, отчетливо отграниченные соединительно-тканной капсулой туберкулы.

При диффузной форме лимфатические узлы увеличены или нормальных размеров, на поверхности разреза сплошная крошащаяся творожистая масса, местами полностью обызвествленная.

При смешанной форме в лимфатических узлах вместе с бугорками располагаются и очаги диффузного характера.

Чаще всего выявляют поражения в виде одиночных или множественных узелков, имеющих тенденцию к слиянию, то есть к образованию конгломерата. Узелок, как правило, окружен фиброзной капсулой, в центре с творожистым некрозом, содержащим известь. Если процесс длительный, старый некроз полностью обызвествляется. При тщательном рассмотрении узелка на разрезе видно, что некроз не имеет целостного формирования и состоит из отдельно лежащих глыбок, окруженных капсулой. Границы некротической ткани имеют фестончатые края, проникающие вглубь узелка и охватывающие новые участки. Внутренняя поверхность капсулы неровная, шероховатая, плотно соединена с некрозом, не позволяет вылущиваться казеозным массам при надавливании.

Таким образом, макроскопически туберкул представляет собой инкапсулированное округлое образование с некротическим центром, не имеющим ровных границ, частично или полностью обызвествленным (Рисунок 1 и 2).



Рисунок 1. Характерные для туберкулеза изменения в заглоточном лимфатическом узле. 



Рисунок 2. Характерные для туберкулеза изменения в средостенном лимфатическом узле.

При патологоанатомическом осмотре необходимо указать локализацию и величину гранулемы, воспалительную реакцию органа и лимфатических сосудов, окружающую туберкул капсулу. Определить, как расположены узелки – рассеяно, изолированно или формируют конгломерат с общей капсулой. Указать цвет, форму и консистенцию содержимого узелка на разрезе: творожистое, сметанообразное, жидкое, в виде зерен, или полностью обызвествленное, определить насколько плотно некроз связан с окружающей капсулой. 

Следует указать и на расположение инкапсулированных некрозов. Для туберкулеза не характерны разбросанные и отдельно лежащие друг от друга узелки. Напротив, образование конгломерата узелков, когда в большом очаге формируются дочерние очажки, является специфическим признаком характерных для туберкулеза изменений у крупного рогатого скота.

Выводы

1. При проведении патологоанатомических исследований у КРС и обнаружении подобных для туберкулеза изменений сомнительного характера необходимо проведение всего комплекса лабораторных исследований на туберкулез.
2. При проведении биопробы, в случаях преждевременной гибели морской свинки или при обнаружении патологоанатомических изменений сомнительного характера необходимо проведение повторной биопробы с патматериалом от павшей свинки.
3. При естественном заражении крупного рогатого скота характерные для туберкулеза изменения у большинства (63,6%) животных выявляются через год после ввода здоровых животных в неблагополучное стадо.
4. При естественном и экспериментальном заражении туберкулезом крупного рогатого скота выявление реагирующих животных на внутрикожную туберкулиновую пробу не всегда является показателем наличия у реагирующих животных свойственных для туберкулеза патологоанатомических изменений.

Заключение

При проведении диагностических исследований и обнаружении подобных туберкулезным патологоанатомических изменений сомнительного характера необходимо проведение комплекса лабораторных исследований для подтверждения диагноза.


Литература

1. Колоскова Э.Л. Патоморфологические изменения у животных, зараженных разными видами микобактерий: Автореф. дисс. канд. вет. наук: Москва, 2013.-22с.
2. Найманов А.Х. Туберкулез крупного рогатого скота при естественном и искусственном заражении / А.Х. Найманов, В.И. Косенко, О.В. Якушева // Труды ВИЭВ,- 1991. – т. 69. – С. 144 -150.
3. Найманов А.Х. Аллергическая диагностика микобактериальных инфекций крупного рогатого скота: Автореф. дисс. докт. вет. наук. – Москва. – 1993. – 29 с.
4. Найманов А.Х. Патологоанатомические исследования и дифференциальная диагностика туберкулеза крупного рогатого скота / А.Х. Найманов, О.В. Якушева, Н.Г. Толстенко и др. // Мат. междунар. науч-практ. конф. – Москва. – 2008. С. 195 – 2003.
5. Овдиенко Н.П. Устойчивость к туберкулезу бычков разных пород в условиях искусственного заражения / Н.П. Овдиенко, Э.К. Бороздин, А.Х. Найманов и др. // Селекция с/х животных на устойчивость к болезням и повышение резистентности в условиях промышленной технологии. – ВНИИ племдела. – Москва.- 1988.- вып. – 8. – С. 59.
6. Толстенко Н.Г. Патогенные свойства некоторых видов микобактерий, выделенных от животных и объектов внешней среды: Автореф. дисс. канд. вет. наук.- Москва. – 2006. – 27 с.
7. Щуревский В.Е. Проблемы патоморфологии, патогенеза и диагностики туберкулеза животных/ В.Е. Щуревский, О.В. Якушева // Мат. IX Всес. научно-произв. конф. по патоморфологии с-х жив-х. Вильнюс «Макслас». 1986.- С. 9 – 14.
8. Якушева О.В. К оценке патологоанатомических изменений в диагностике туберкулеза //О.В. Якушева, В.С. Суворов, Э.Л. Колоскова // Ветеринарная патология. – 2004. - №1 -2 (9). С. 79.

297 просмотров
Нужно авторизоваться

На данный момент комментариев нет!

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.
Вход    Регистрация

Яндекс.Метрика