Где же теория в ветеринарной науке?

Автор:
Симон Джупина
Рубрика:
Использование знаний эпизоотического процесса для профилактики болезней животных

Известно, что изучаемый предмет описывается эмпирическим уровнем исследований и представляется как реальный, совершающийся в природе факт, а механизмы, объясняющие его развитие, познаются на теоретическом уровне. Примером этого может быть ход познания иммунологии. Л.Пастер, П.Эрлих, И.И.Мечников и другие факт иммунитета познали эмпирическим уровнем исследований. Но всестороннее понимание развития этого явления стало возможно после обстоятельных теоретических исследований, выполненных П.Медаваром, Ф.Бернетом и другими. Они установили, что главная функция иммунитета сводится к иммунологическому надзору над внутренним постоянством многоклеточных популяций организма. Их исследования, по определению Р.В.Петрова, стали кульминационными для переосмысливания всей иммунологии.

Также на эмпирическом уровне были изучены все инфекционные, инвазионные и незаразные болезни животных. Изучили клиническое их проявление и патоморфологические изменения, этиологию и диагностику болезней, изучили факт формирования у животных защитных реакций после выздоровления и использовали знания об этом явлении для разработки препаратов специфической профилактики. Основные знания инфекционной патологии получены на первоначальном эмпирическом уровне исследований инфекционного процесса.

Владея диагностикой, этиологией, патоморфологическими изменениями, ветеринарная наука все еще не знает, почему одни болезни протекают остро, а другие хронически. Остаётся неизвестным, почему одни и те же микроорганизмы в одних случаях остаются безобидными, даже в большом количестве (кишечная палочка), а в других случаях вызывают тяжелые клинические проявления болезни. Остаётся неизвестным, почему вакцины защищают животных от одних болезней, а от других не защищают. Механизмы развития болезней остаются неизученными, так как они обусловлены развитием эпизоотического процесса, а его надо познавать на теоретическом уровне, чего инфекционная патология не делает.

Все это подтверждает, что ветеринарная инфекционная патология остановила добычу знаний о своём предмете на эмпирическом уровне и не интересуется теоретическими объяснениями его особенностей. Предпринятые нами в 1991 и 2004 гг. усилия в этом плане не заинтересовали ни одного исследователя.

Больше того, ветеринарная наука продолжает игнорировать указание академика К.И.Скрябина в отношении необходимости теоретического изучения проблем эпизоотологии. Еще в 1938 году на ХΙ пленуме Ветеринарной секции ВАСХНИЛ он утверждал: «... наука должна базироваться на глубинах теории, без теории она будет слепа». И далее уточнил: «…плоха та специальность, которая отмежевывается от теории».

До последнего времени научные исследования профилактики инфекционных болезней проводятся преимущественно на базе знаний инфекционного процесса. Ставить диагноз и лечить больных животных, а также защищать их с помощью вакцин от болезней, возбудители которых проникают извне, позволяют знания сущности инфекционного процесса. Этот процесс протекает на организменном уровне, и для его познания требуется изучение анатомии и физиологии животных и возбудителей болезней.

Хотя потенциальные возможности защиты животных от болезней всех категорий заложены в знании эпизоотического процесса, но, из-за непонимания его сущности, эта информация используется недостаточно.

Эпизоотический процесс протекает на популяционном уровне, и в основе его познания лежит изучение экологии возбудителей болезней и их хозяев. Этот процесс представляется как система законов, управляющих распространением инфекционных болезней различных экологической категории и эпизоотологических групп. В интегрированном представлении законы этого процесса составляют его сущность, во всей полноте, целостности и конкретности. Как известно, установлено четыре закона эпизоотического процесса: закон облигатности животных определенных видов для жизнедеятельности соответствующих микроорганизмов, закон стресса, биогенетический закон эпизоотического процесса и закон потенциальности эпизоотического процесса (Джупина С.И., 1991).

В естественных условиях инфекционный и эпизоотический процесс взаимосвязаны и взаимообусловлены, и составляют одно целое: инфекционную патологию. Но формируются они компонентами, свойственными для каждого из этих процессов. Взаимоотношения этих компонентов порождают явления, определяемые специфическими для каждого из этих процессов терминами, понятиями и категориями.

Уместно напомнить, что врачи ветеринарной медицины, практикующие в клиниках, концентрируют внимание на знаниях инфекционного процесса. Их труд оплачивают владельцы животных. Поэтому они заинтересованы в постановке диагноза болезни и лечении больных животных, но не проводят профилактики болезней. Основной же задачей ветеринарии является именно профилактика болезней всех экологических категорий и эпизоотологических групп в популяциях продуктивных животных, независимо от их численности.

При оздоровлении ферм и поддержании благополучия продуктивных животных в хозяйствах Западной Сибири по бруцеллёзу, туберкулезу, некробактериозу, пастереллёзу, колибактериозу и некоторым другим заболеваниям, использовались знания не только инфекционного, но и эпизоотического процесса. Поэтому я считал себя вправе оценивать некоторые публикации по этим вопросам.

Считал удачной в поиске путей обеспечения благополучия КРС по бруцеллёзу статью «Использование антигена – БИВ для выявления скрытой формы бруцеллёза у КРС», подготовленную доктором ветеринарных наук, советником директора ФКП «Щелковский биокомбинат» Зеновым Н.И. Придерживаясь эмпирических знаний о бруцеллёзе КРС, автор удивляется, почему так много препаратов для диагностики этой болезни? Далее кратко описывает четыре вакцины, которые выпускает Щелковский биокомбинат. При этом обвиняет вакцину из штамма 19 в её высокой агглютиногенности. Такую агглютиногенность наблюдают только у некоторых привитых животных, которая сохраняется в течение 5-8 лет и не отличается от реакции у больного скота. Он признаёт эту вакцину предпочтительной, когда через три месяца после её применения у животных не проявляются положительные реакции.

Автор не обращает внимания на то, что реакции организма животных на эту вакцину являются основным её преимуществом, позволяющим не только выявлять носителей скрытой L-формы возбудителя бруцеллёза, но и обеспечивать его девастацию. Признавая, что эта вакцина является причиной аборта, автор не приводит убедительных аргументов, объясняющих механизм этого явления, просматриваемый, почему-то только у нетелей.

Справедливо предлагая выявлять больных за счет провокации синтеза антител у животных с хроническим течением болезни, автор совершенно игнорирует возможность использования для этих целей вакцины из штамма 19 и предлагает использовать антиген – БИВ, который готовится из биомассы brucella abortus штамм 19. Предлагает этим антигеном обрабатывать животных несколько раз. Но не разъясняется, почему же для этих целей нельзя использовать саму вакцину из штамма 19? Все это объясняется только тем, что в своих исследованиях автор ограничивается только знаниями инфекционного процесса, полученными на эмпирическом уровне.

Хотя он внёс предложения на сухой эмпирической основе, и они не столь убедительные, как того требует современная ситуация по контролю над эпизоотическим процессом бруцеллёза КРС, но их использование сулит перспективу снижения вспышек этой болезни. И этим статья представляется полезной как для науки, так и для производства.

Вызывает, конечно, недоумение: неужели автор не обратил внимания на оздоровление животных от бруцеллёза в Западной Сибири? Неужели он не знакомился с публикациями, в которых этот метод оздоровления с использованием вакцины из штамма 19 описан в 2010 году в трудах ВНИИБТЖ (Омск)? В 2013 году он описан в журнале «Ветеринарная патология», № 4 (Ростов-на-Дону), в 2014 году в журнале «Научные перспективы ХХI века», часть 5, №3, и в журнале «Инновации и продовольственная безопасность», №3, за 2014 г. (Новосибирск). Неужели современные ученые не читают статьи в научных журналах по своим проблемам?!

Разумеется, состояние знаний о данной сфере можно привести к истине с помощью дискуссии. В связи с этим просил автора ответить на три вопроса:

1.Какой теорией он руководствуется, будучи советником директора ФПК «Щелковский биокомбинат»?

2.В чем вина вакцины, что абортируют нетели? Почему не абортируют коровы после прививки им этой вакцины?

3.Чем отличается действия вакцины из штамма 19 от действия антигена –БИВ, приготовленного из массы бруцелл, из которых создана вакцина?

К сожалению, ответа на поставленные вопросы не последовало.

Но ФГУ «Всероссийский государственный бюджетный Центр качества и стандартизации лекарственных средств для животных и кормов» провёл 18.04.2014 года презентацию на тему «Бруцеллёз». На ней профессор О.Д.Скляров перечислил 13 принятых в РФ методов диагностики этой болезни, назвал 15 различных препаратов для её проведения. Показал результаты этих исследований. И при этом сформулировал задачи совершенствования диагностики бруцеллёза животных. Среди них:

1.Продолжать разрабатывать высокоспецифические антигены для серологической диагностики бруцеллёза.

2.Сократить период между вакцинацией и проведением диагностических исследований вакцинированных животных.

3.Провести сравнительный анализ репрезентативных данных серологических исследований КРС и МРС в различных реакциях.

4.Изменить критерии, определяющие заболевание животных бруцеллёзом.

5.В благополучных по бруцеллёзу хозяйствах сомнительные результаты серологических исследований интерпретировать как положительные.

6.Максимально возможно использовать способ полной замены поголовья.

Важно отметить, что ни одна из поставленных задач не подтверждена мало-мальски внятной теоретической аргументацией.

Далее автор перечислил принятые в РФ три вакцины для профилактики бруцеллёза: из штамма 82, из штамма 19 и 75/79-АБ. Привлёк внимание к тому, что вакцину из штамма 19 не представляется возможным использовать для профилактики. Хотя именно эта вакцина из всего арсенала перечисленных средств контроля над бруцеллёзом КРС может обеспечить благополучие по этой инфекционной болезни за 2,5-3 года. Но надо изучать бруцеллёз, а не конструировать препараты.

Также, без какой бы то ни было теоретической аргументации, автор считает актуальным для совершенствования специфической профилактики бруцеллёза проводить следующие мероприятия:

1.Широко применять новые препараты, зарегистрированные в РФ в 2013 году. В их числе антиген – БИВ, который рекомендует применять животным с трехмесячного возраста через каждые три месяца не более четырёх раз в год.

2.Восстановить производство и внедрить в практику инактивированную вакцину из штамма КВ 17/100 против бруцеллёза КРС.

По мнению автора, даже при решении всех этих проблем победить бруцеллёз невозможно по следующим причинам:

1.Отсутствия мясокомбинатов и боен для убоя больных этой болезнью.

2.Отсутствие компенсации владельцам за убытки в связи с убоем больных.

3.Наличие несанкционированных перемещений животных.

4.Торговля вакцинированными животными в субъектах, благополучных по этой болезни.

5.Отсутствие экономических санкций к субъектам, неблагополучным по бруцеллёзу.

6.Ненадёжное проведение ограничительных хозяйственных мероприятий против бруцеллёза.

7.Введение нетелей и ярок в гурты и отары взрослых животных.

Названы и другие причины, из-за которых нельзя победить бруцеллёз.

Возникает естественный вопрос: а как же его победили в Сибири? С какого времени ветеринарная наука стала игнорировать положительный опыт работы своих коллег?!

Прочитав презентацию по теме «Бруцеллёз КРС», я вспомнил, как незадачливый соискатель на банкете по случаю успешной защиты диссертации провозгласил тост: «Выпьем за то, чтобы во всём мире было больше бруцеллёза, и он позволял нам не только защищать диссертации, но и нарабатывать различные препараты для его диагностики и профилактики и на них зарабатывать деньги!». По-моему, тост реализуется в действительность.

Ведь в этом деле действия ветеринарной науки напоминают действия мартышки из Крыловской басни. Чтобы поправить дела со зрением, она приобрела 4 пары очков, а ветеринарная наука, чтобы воздействовать на бруцеллёз, уже сконструировала 15 различных препаратов и три вакцины и ратует за дальнейшее расширение арсенала этих средств. А для ликвидации бруцеллёза, по её мнению, надо провести такие мероприятия, какие равнозначны ликвидации КРС.

За последние 5-7 лет предельно ясно описан эпизоотический процесс бруцеллёза крупного рогатого скота, цикл развития его возбудителя, в том числе в L- и S-форме, а также отличительные особенности мер искоренения этой болезни. Начинать осознание необходимо с изучения статьи «Рациональная эпизоотологическая классификация инфекционных болезней животных» в журнале «Вестник РАСХН», 2001, №2. А далее руководствоваться знаниями эпизоотического процесса и цикла развития возбудителя бруцеллёза. Без учета знаний этих истин борьба с инфекционной болезнью превращается в схоластику.

Весьма актуальные сведения о бруцеллёзе КРС, по просьбе портала «Ветеринария.РФ», изложил профессор П.К. Аракелян. Представляя объективные данные об этой болезни, полученные на эмпирическом уровне при изучении инфекционного процесса, Петрос Карапетович определяет ее как «мину замедленного действия» и даже объясняет, что возбудитель в скрытом виде передаётся вертикальным путём. Но если известно замедленное действие мины, то в том и сила науки, что она может её обезвредить. Для этого надо руководствоваться знаниями, полученными не только при изучении инфекционного, но и эпизоотического процесса. Соответственно, с этими знаниями, возбудитель бруцеллёза закономерно живет в организме КРС в скрытой L-форме и передается только вертикальным путем. Стельность нетелей является стрессовым воздействием на L-форму, которая трансформирует её в патогенную S-форму. Нетели абортируют и инфицируют патогенной формой восприимчивых животных. В организме крупного рогатого скота патогенная форма возбудителя продолжает выделять продукты своей жизнедеятельности, на токсичность которых иммунная система вырабатывает защиту. Поэтому коровы не абортируют. А сам возбудитель, попав в родную для него среду, реверсируется в L-форму, чтобы передать её приплоду. Если с помощью вакцины из штамма 19 выявить носителей скрытой L-формы возбудителя бруцеллёза и заблокировать выращивание нетелей из полученного от них приплода, то будет обеспечена девастация возбудителя этой болезни.

Не менее показателен многолетний опыт борьбы с лейкозом КРС. Уже обстоятельный доклад в 2007 году академика М.И.Гулюкина «Об эпизоотической ситуации лейкоза КРС в РФ» убедительно показал, что проводимые мероприятия неадекватны естественному течению эпизоотического процесса этой инфекционной болезни. Я внёс соответствующее предложение. Руководители проблемы пообещали, что разберутся и примут меры. Как разобрались, мне остаётся неизвестно до сих пор. Предложил также проверить систему оздоровительных мероприятий, разработанных на теоретической основе знания эпизоотического процесса. Руководствуясь такими знаниями, уже оздоровлено поголовье КРС в Ленинградской и Свердловской областях.

Такую проверку должно проводить научное учреждение, возглавляемое Михаилом Ивановичем. Метод следует только проверить силами научных сотрудников, занятых этой проблемой, совместно с местными ветеринарными врачами. И после такой проверки оценить его эффективность. Указанный метод подробно изложен на портале «Ветеринария.РФ». Использование обещает оздоровить все поголовье КРС от лейкоза за 4 – 5 лет.

Джупина С.И. Заслуженный ветеринарный врач РФ, д.в.н., профессор

120 просмотров
Нужно авторизоваться

На данный момент комментариев нет!

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.
Вход    Регистрация

Яндекс.Метрика